19.05.2006
Из лета в дождливую осень,
На северный край земли,
Туда, где печаль уносит
Приток Северной Двины.
Здесь дерево стынет в ветре,
Разброшенные кружева,
И пели Казанские песни
Архангельские купола.
Они серебром облиты,
И полные дивной красы,
Как будто, взращенные в сини,
Невиданные цветы.
Я чувствую времени поступь,
Когда восхожу на крыльцо,
И вижу в окошке неброское
Твое дорогое лицо.
ЗВУК
Звук рояля
в комнате, в том конце коридора,
учится школьница музыке.
Слушаю, как нота рвется в воздухе,
неумело, но настойчиво
осваиваются звуки,
что-то неразборчивое
выводят руки.
Возможно, и будут воздушно лететь
Над клавиатурою тонкие пальцы,
И выльются звуки в хрустальную песнь,
Толь плакать, а толи смеяться.
В той комнате, в конце коридора
Лежат, искалечено, звуки,
играют еще совсем неумелые руки.
На северный край земли,
Туда, где печаль уносит
Приток Северной Двины.
Здесь дерево стынет в ветре,
Разброшенные кружева,
И пели Казанские песни
Архангельские купола.
Они серебром облиты,
И полные дивной красы,
Как будто, взращенные в сини,
Невиданные цветы.
Я чувствую времени поступь,
Когда восхожу на крыльцо,
И вижу в окошке неброское
Твое дорогое лицо.
ЗВУК
Звук рояля
в комнате, в том конце коридора,
учится школьница музыке.
Слушаю, как нота рвется в воздухе,
неумело, но настойчиво
осваиваются звуки,
что-то неразборчивое
выводят руки.
Возможно, и будут воздушно лететь
Над клавиатурою тонкие пальцы,
И выльются звуки в хрустальную песнь,
Толь плакать, а толи смеяться.
В той комнате, в конце коридора
Лежат, искалечено, звуки,
играют еще совсем неумелые руки.

Отзывы