Оттянемся по-полной (часть первая)

автор: Ада-Мэнтис (проза) 14.09.2005
up vote 0 down vote favorite
...Быть может, если бы я не подкатил к ней тогда в метро, ничего этого не случилось бы...
Один хрен знает... Может...
Польстился, как говорится, на невинные глазки, тонкую шейку и детскую попку... Придурок!
"Привет, - говорю, - деточка. Как поживаете?"
Она заморгала и посмотрела на меня с таким неподдельным изумлением, что захотелось от#@бать ее, не сходя с места. В трусах заметно потеплело.
"Я, - говорит, - домой еду, мамочка меня в магазин послала, надо было трусики купить", - сказала и в пол уставилась. Ресницами хлопает, щечки розовые, гладенькие, прямо хоть откусывай.
Я думаю: "Упущу, себе не прощу", а вслух говорю: "Знаешь, у меня для тебя подарочек есть. Тебе должно понравиться. Только, я думаю, мамочке твоей придется немного подождать..."
Она аж облизнулась от любопытства: "Что за подарок?"
"Увидишь, надо сперва в одно место зайти..."
Согласилась она так быстро, что я жопой ощутил подвох, но, оглядевшись по сторонам, ничего подозрительного не заметил. На самом деле она была не слишком уж мелкая - лет этак четырнадцать-пятнадцать на вид, хотя сиськи дали бы фору любой "карменэлектре" и прочим телочкам и дам-ам, да и ножки такие на улице редко увидишь.
Я подумал, что как-то слишком быстро подцепил такую красоту, и снова огляделся, лишь только мы выбрались на поверхность. Если тут и были какие "серые", что отлавливают всяческих педонедоносков так сказать "на живца", то я никого не засек.
"Если что, свалю, скажу, что она попросила проводить до дому", - подумал я и на всякий случай отцепил от своего локтя ее моментально прилипшую ручку.
"Слушай, а как же такую красавицу зовут-то?" - поинтересовался я, с напускным равнодушием оглядываясь по сторонам.
"Олечка", - сказал ее нежный голосок. В трусах упруго шевельнулось, я вдруг представил, как она таким голоском будет подо мной визжать...
"Ну чтож, Олечка, - я ухватил ее за руку и поволок в сторону ближайшего супермаркета, - мы почти пришли. Но сперва нам надо кой-чего очень нужного купить..."
Пока я отстаивал в кассе свою очередь с решеткой, набитой пивом, двумя прозрачными пузырями, разноцветными гондонами на любой вкус, куревом, несколькими упаковками "московской картошки" и тремя шоколадками, "Олечка" в некоторой тоске торчала у входа. Она шарахалась от входящих и то и дело поглядывала на меня, растерянно улыбаясь. Я расплатился, скинул купленное в пакет и она сразу же вцепилась в меня своими тонкими пальчиками. Она попросила не бросать ее одну и поинтересовалась, зачем я "так много всего купил". Я безмятежно улыбался и дворами вел ее к себе домой.
Пока мы поднимались в лифте, она продолжала изображать из себя дездемону и все время спрашивала про "подарок". Я с сомнением подумал, что не может же она быть в самом деле настолько наивной - спокойно так ехать к двадцатипятилетнему мужику на хату и даже не понимать зачем... Может она, помимо всего прочего, еще и целка? Вот подвезло так подвезло... Я слегка приобнял ее за талию, она смущенно хихикнула, но не отодвинулась.
Я, не разуваясь, прошел на кухню, поставил чайник. Она увязалась за мной.
"Олечка, пойди-ка, дверь запри, разуйся и проходи в комнату. Не стесняйся."
Она улыбнулась и послушно поплелась в прихожую. Я раскупорил пузырь, сполоснул два стакана, высыпал в тарелку чипсы и вошел в комнату. Она сидела на стульчике возле стола и держала на коленях свой черный кожаный рюкзачок. Я оглядел ее с ног до головы, мысленно обматерил всех дур, с кем спал до этого, и многообещающе улыбаясь, протянул ей стакан.
"Ну чтож, Олечка, - сказал я нежным голосом, - нам полагается с тобой выпить за знакомство."
Она на секунду засомневалась, потом обеими руками ухватилась за стакан. Я ободряюще кивнул.
"Извини, что стопок нет, все еще в прошлый раз побили..." - начал было я и тут же замолк, во все глаза вылупившись на девчонку.
Она разом вылила в рот весь стакан, проглотила и, глазом не моргнув, протянула его мне. Я взял, недоверчиво понюхал - водка, как водка, градусов сорок стопроцентно... Налил еще. Выпил три глотка сам, занюхал чипсиной. Она снова протянула мне пустой стакан. Я откупорил бутылку пива.
"Нехило ты так водочку лакаешь", - заметил я.
"А что такое водочка?" - спросила она, скосив на меня глаза. Я нахмурился и протянул ей пиво. Первоначально у меня возникла мысль, что ее будет довольно легко споить водкой, но, видя, как она лихо с ней расправляется, я решил, что и "ершик" ей ничуть не повредит.
Спустя полчаса после распития такого коктейля она окосела напрочь, начала дико ржать, уронила на пол свой рюкзак, чуть не навернулась туда же сама. Я подумал, что на этом с выпивкой пока стоит завязать, перетащил девчонку на койку, достал еще две пачки чипсов и сигареты. Честно говоря, я уже начал было сожалеть о том, что намешал ей водку с пивом, так как опасался, что она возьмет и проблюется. Вообще-то мне нравилось спаивать тупых телок. Даже целка, когда пьяная, начинает такие фортели выкидывать, что прям аж диву даешься, но...эта удивила меня по-настоящему.
Она смеялась, размахивала руками и трепала чушь про то, что моя комната кривая, качается, вся покрыта какими-то шариками и что она хочет выпить еще.
Я достал из пачки сигаретку, вставил в рот, поджег, затянулся. "Олечка" на секунду замолкла, выпялившись на меня, а потом сказала: "Я тоже хочу".
Я молча протянул пачку, но она ее будто не заметила. Просто протянула руку, уцепила двумя пальчиками мою сигарету и...съела... Я даже услышал, как уголек зашипел на ее языке.
"Это ты чего это такое сейчас сделала", - я обалдело вылупился на девчонку.
"Ничего", - она пьяно скосилась в сторону и икнула. Потом еще раз.
"Ой!" - ойкнула она и опять громко икнула. Засмеялась, цепляясь за меня руками.
"Ты слопала мою зажженную сигарету, дура..."
Она закивала и пожала плечами, задерживая дыхание. От этого она икнула еще громче и мучительнее. Я машинально протянул ей пива.
"Спаси-ик-ба", - сказала она, присасываясь к бутылке.
"Ты чего, совсем е#@нулась, что ли? Ты же язык себе сожгла..."
Она решительно замотала головой и высунула язык. Я машинально отшатнулся и пролил свое пиво на подушку.
Язык у нее был какой-то неправильный - длинный, заостренный, весь такой зеленовато-коричневый, как жаренная говяжья печенка. Мне чуть не стало дурно. Я мигом соскочил с кровати и попятился. Две мысли одновременно влезли в мою голову.
Первая была такая: "она сожгла язык уже давно", а вторая - "она чем-то болеет". Буквально секунду я смотрел на нее, а потом схватил за локоть и, слегка пошатываясь на нетвердых ногах, поволок в прихожую.
Девчонка икала, что-то невнятно попискивала, спотыкалась и таращилась на меня изумленно. Я отпер входную дверь и вышвырнул ее на лестницу. Она пролетела площадку и врезалась спиной в дверь квартиры напротив.
"Иди домой! К маме!" - заорал я и швырнул вдогонку ее туфли.
Она сидела на полу, подвернув под себя ногу и смотрела на меня своими круглыми небесно-голубыми глазами. В них не было ни малейшего намека на выпитый алкоголь - одна насмешка и что-то сумасшедшее.
Я с грохотом захлопнул дверь, запер ее на оба замка, и, цепляясь за стену, побрел в комнату. Перевел дыхание. Тошнило. На полу возле стула я увидел ее рюкзак. Схватил его, собираясь отправить за ней следом, потащился обратно и тут в дверь позвонили.
"Пошла в жопу, сучка ненормальная!" - заявил я, резко распахнул дверь, намереваясь запустить его прямо ей в рожу...и вдруг понял, что это не она.
"Серега?!!" - изумился я и опустил рюкзак.
"А то кто же? - ответно изумился он и вошел в дверь. - Ничего если я войду?"
Я покачал головой и выглянул наружу. На площадке никого не было. На лестнице тоже. Только в дверной глазок квартиры напротив кто-то пялился. Не дай бог ментов вызовут...
"Слушай, - я запер дверь, - ты не видел сейчас в подъезде девку? Лет пятнадцать на вид, брюнетка, платье голубое такое..."
Серега криво усмехнулся: "Малолетками балуешься?"
Я махнул рукой: "Не трепись. Просто больная какая-то. Следом приперлась..."
"Ага, оф-корс, - он заглянул в комнату, - домогалась наверное, споить пыталась, да?"
Я поморщился: "Ты видел ее или нет?" Он отбил крышечку с бутылки пива о край стола.
"Нет, друг, не видел...Куда железо девал?" Он мотнул головой в сторону стола.
"Какое?..- начал было я, потом понял. - Продал. Денег ни хера нету..."
Серега с укоризной покачал головой: "Прожрал хороший комп...Эх ты..."
"Да отвали ты, без тебя тошно", - я невольно опустил глаза вниз и уставился на рюкзак.
А вдруг она еще и заразная была?..Я брезгливо разжал руку.
"Чего за девка-то?" - поинтересовался Серега, нюхая полупустые стаканы. Я поморщился, отмахнулся и забрал оба стакана. Выходя из комнаты, я въехал плечом в косяк, облил водкой штаны и чуть не наступил на распластавшийся у двери рюкзак, похожий на липкую, маслянистую тварь. Я пнул его ногой, он улетел в угол.
"Ну, чего за девка-то такая загадочная?" - спросил Серега из комнаты. Я снова промолчал. Поставил стаканы в раковину. Я вдруг представил, как она прикасалась к одному из них губами, а за ними в темноте ее влажного рта скользким червем извивался гнилой язык.
Меня передернуло от отвращения.
До половины второго ночи мы с Серегой сидели на кухне, дожирали чипсы и допивали оставшееся пиво. Он как обычно болтал на пространные нелепые темы, а я молчал и думал, что надо поскорее выкинуть этот чертов рюкзак, жирной тенью облепивший угол прихожей.
Наутро я почти забыл о случившемся. Встал поздно и то только для того, чтобы запереть за уползшим домой Серегой дверь. Повалялся еще с час, потом встал опять. Хотелось жрать. Жрать было нечего. Пришлось чистить прошлогоднюю мягкую картошку. Телик работать отказался.
Я слушал радио, скреб ножом картофель и тупо пялился в пасмурное небо за незашторенным окном. Радиодиджей был кислый и порол чушь. Я кое-как нарезал картошку и, вывалив ее на сковородку, ушел из кухни. В прихожей лежал рюкзак - значит вчерашние события мне не приснились. Я поборол подкатившую было тошноту, взял его и открыл. Он был абсолютно пуст. Я выпотрошил самые мелкие кармашки и не нашел даже клочка бумаги. Зачем его таскала с собой эта малолетняя дура? Я оставил рюкзак в прихожей и отправился дожаривать картошку.
Я решил, что сегодня не буду делать ничего. Час я ел, потом пил несладкий чай из останков заварки, затем два часа пялился из окошка на каких-то тупых детей, копошащихся в песочнице, потом их позвали обедать и я час с лишним глазел на пустой двор.
Когда мне все это вконец осточертело, я сделал радио погромче и ушел в комнату. Там я просто валялся на неубранной койке, от простыни несло запахом грязи и тухлых носок. Сдернул ее, кинул в угол комнаты, остался лежать на голом матраце.
По радио речитативом что-то тоскливо ныл Макаревич про то, что ему опять снится одно и то же и что за его окном дышит море, и дом дрожит от его ударов, а на окне "остаются брызги, и стена воды переходит в небо и вода холодна и дна не видно"...
Красивая фраза... Только как-то все это паршиво. И корабль его уходит и ждать-то его никто не будет, и ваще все у него как-то кисло...
Я перевернулся на живот и долго разглядывал свои ладони. От этого внутри стало как-то совсем херово, я чуть было не начал жалеть самого себя. Мне даже показалось, что это про меня, мою жизнь так ноет Макар - "остаются лишь слякоть московских улиц и как на дне реки фонарей осколки, а еще прохожих чужие лица и остывший чай, и осенний вечер..."
Я встал и выключил радио. Мне показалось, что все это мне просто снится. Что вот сейчас я проснусь и вокруг все будет таким ярким...Нет, это просто заняться мне надо чем-то, а не всякой х#~ней страдать... "Море", бля...
Я несколько встряхнулся, минут пять лениво покачал пресс, но больше ничего не придумал и пошел на кухню. Долго, почти безостановочно курил. В башке упорно вертелась навязчивая мысль про море за окном, словно, бля, оно действительно там. Я даже залез на подоконник, постоял и плюнул в форточку - нету там ничего. Одна серость и пустота... Неторопливо слез.
А ведь еще совсем недавно я так хотел жить...
"Нет, серьезно, все это не жизнь, - подумал я. - И я на самом деле не живу, и Серега не живет, и все траханные нами бабы...Вот те дети тупые может живут, да не знают об этом...А хочется ведь жить-то..."
Так я прострадал до половины одиннадцатого вечера. Безобразно устал от мыслей и нескончаемого безделья. Покатался с полчаса по койке, потом решил, что пора хоть чем-то отвлечься, решил, что можно было бы выползти на улицу, пошляться, подцепить какую-нибудь деваху...
"О чем это я?" - пошарил по карманам куртки, нашел десять рублей мелочью. - Бабы любят денежки, такой бомж как ты на хрен никому не нужен..."
Только собрался засесть в толчке, дабы почитать какую-нибудь из старых газет, как в дверь позвонили. От неожиданности вздрогнул. Друзей у меня уже не осталось...Вот разве Серега...И то, какой он в жопу друг?.. Кто бы это? Заинтересовался. Открыл.
Передо мной стояла вчерашняя "Олечка". Сегодня она была одета в тонкий желтый плащ до пят и высокие сапоги. Выглядела она роскошно.
"Приветик, - сказала она так ласково, словно я уже пообещал на ней жениться, - я по тебе соскучилась..."
"А-а-а...Ты наверное за рюкзаком?" - протянул я, оглядывая ее с головы до ног.
Миленькая, даже клевенькая такая телочка, абсолютно вроде нормальная. Может мне просто вчера в пьяном угаре...Я поднял с пола ее рюкзак, а когда повернулся, она уже стояла в прихожей и запирала дверь.
"Э-э-э..." - сказал я.
"Да?" - белозубо улыбнулась она. Я протянул ей рюкзак: "Ты его вчера...забыла...Вчера..."
Она смотрела на меня детскими круглыми глазами и улыбалась так, что у меня снова потеплело в паху.
"Ну ладно, проходи, - тяжело вздохнул я и махнул в сторону комнаты. - Только вот жрать совершенно нечего. Последнюю картошку доел."
"Мяса нет? - спросила она. - А то я такие бефстроганов могла бы...М-м-м, закачаешься..."
"Мяса нет. Чай есть. Только он..." Она разулась и, не дослушав меня, прошла в комнату. Я пожал плечами и на всякий случай сходил проверить содержимое холодильника. Не нашел ничего, кроме куска плесневелого батона.
"А как твоя мама?" - поинтересовался я, выбирая для девчонки чашку, которую потом не жалко было бы выбросить.
"Не знаю, - отозвалась та, - я не была дома."
Я заглянул в комнату: "Как так?"
Она сидела на свежезастланной койке и болтала босыми ногами: "Да вот, знаешь ли, я решила, что теперь должна жить с мужчиной, как настоящая взрослая женщина. Я уже даже конкретную квартирку себе приглядела..."
Я нахмурился.
"И представляешь, - она спрыгнула на пол, - ты тоже будешь там жить."
Я поставил чашки на стол, криво усмехнулся: "Да неужто?"
Она радостно закивала.
Опять начиналось что-то не то...
"Заставить ее что ли показать язык?" - подумалось мне.
Почему-то мне казалось, что если я пойму что у нее такое с языком, то пойму и всю ту чушь, что она городит. Но я промолчал, налил в чашки чаю.
"Жаль только на ночь я у тебя пока остаться не смогу, - она задумчиво посмотрела на настенные часы. - У меня сегодня первый рабочий день. Через полтора часа начнется моя смена..."
Я машинально скосился на часы: "В два часа ночи что ли?! И что это интересно за работа такая?.."
Она вдруг положила голову мне на плечо: "Ну во-о-от...Ты уже ревнуешь..."
"Ничего я не..." - начал было я и тут же осекся.
Ай, как ловко она вытянула меня на подобный разговор! А ведь ее даже в гости-то со скрежетом пустили, а она уже ведет себя как заправская женушка! Вот, бля, номер так номер!..
"Слушай, а может ты все-таки сходишь, купишь еды, а? - она зашуршала в набитом битком кармане и протянула мне четыре измятые пятисотки. - Ну сбегай, солнышко. Поужинаем и я пойду..."
От подобной наглости я просто остекленел и не нашелся, что ответить. Только рот открыл.
"А пока ты ходишь, я успею мяса пожарить..."
Я открыл рот еще шире. "Какого?.."
Но мысль не развилась, потому что девчонка подняла с пола рюкзак и вытащила оттуда огромный шмоток сырого мяса килограмма на три, упакованный в кровавый целлофан. Я тупо на него выпялился.
"Купи чего захочется", - заявила она из кухни и загремела сковородками.
Я перевел взгляд на зажатые в ладони купюры. Кишки предательски взвыли.
Не говоря больше ни слова, я покинул квартиру и затарился по полной программе в ближайшем круглосуточном. Купил консервов, мороженых полуфабрикатов, упаковку креветок, фруктов и даже две порции шоколадного мороженого. На оставшиеся как всегда купил пива. Вообще все это было довольно странно - вышвырнутая накануне чокнутая девка появляется сегодня в самом что ни на есть благодушном настроении, дает бабки...типа "купи, что захочется"...
Вообще никогда не брал у баб деньги... Наверное гордый. Впрочем ладно.
Подойдя к своей квартире, я почувствовал какой-то дрянной запах. Сперва решил, что опять лестницу засрали... Потом напрягся - воняло трупаками. Принюхался. Воняло откуда-то снизу и мне даже показалось, что от меня. Темень была непроглядная, лампочка на лестничной площадке еле теплилась и я никак не мог разглядеть источник столь тошнотворной вони. Осмотрел подошвы, немного подумав, понюхал подмышки - вроде нет, не от меня...
Замер на месте, опасаясь вляпаться в какую-нибудь дрянь на полу, приподнял пакет, чтобы достать оттуда лежащую поверх продуктов связку ключей... И невыносимая вонь ударила мне прямо в лицо. Я отодвинулся и приоткрыл пакет. Глаза полезли на лоб.
Насколько мне позволяло видеть освещение, купленные в магазине продукты не только превратились в жижу, начали смердеть, как дохлая кошка, но еще и привлекли самых разнообразных насекомых. В пакете что-то жужжало, стрекотало и лениво шевелилось, двигая в месиве лапками.
Меня передернуло, желудок стянуло в узел. Я оттолкнул от себя пакет, он вяло кувыркнулся на бок и содержимое выплеснулось на ступени. Тут открылась дверь моей квартиры и я очутился в ярком прямоугольнике света.
- Добро пожаловать домой, милый, - улыбнулась мне с порога "Олечка" и слегка подалась в сторону.
Я остался сидеть на корточках и лишь повернул в ее сторону голову. Первое, что бросилось мне в глаза, это были стены моей прихожей, покрытые какими-то странными багрово-рыжими потеками. Желтый плащ девчонки был весь заляпан темными брызгами и какими-то сгустками, рукава ее были по локоть в чем-то красном. Я почувствовал какой-то холодный, ржавый, солоноватый запах.
В глубине желудка булькнул рыхлый комок тошноты и медленно пополз вверх.
- Заходи, - нежно и как-то гулко проговорил "Олечкин" голос.
Не чувствуя как, я поднялся на ноги и шагнул в дверь, тут же останавливаясь. Возле стены лежали три... Я сперва даже не понял чего именно... Это было словно какое-то рваное тряпье, потом я увидел волосы, затем маленькую скрюченную ручку. Одна из кровавых куч вдруг вяло шевельнулась и замычала каким-то ужасным мертвым голосом.
Я зажал рот рукой, врезался спиной в открытую дверь, чуть не разъехался на жиже на ступенях, цепляясь за поручень, слетел вниз по лестнице и выскочил на улицу.
Меня вывернуло тут же, я успел отбежать от подъезда лишь метра на два. Кишки дрожали крупной дрожью, колени подгибались. Рвало меня еще пару раз, но уже одним лишь желудочным соком. Желудок спазматически дергался. Открывшаяся дверь подъезда почему-то напугала меня до одури.
Я шарахнулся и, не оглядываясь, ломанулся не известно куда, лишь бы подальше от дома.
Серега жил рядом, на соседней улице. До него я добрался всего минут за десять и на негнущихся ногах вскарабкался на третий этаж. Он был дома, один и очень удивился, увидев меня.
- Ты откуда это такой красивый? - поинтересовался он, запирая входную дверь.
- Какой? - ошалело выдохнул я.
- Краше в гроб кладут.
- Да я...Да эта девка...Там эти дети...- начал было я, но он знаком приказал мне заткнуться и проходить в комнату.
С трудом переставляя ноги, я поплелся по указанному направлению, но на меня снова накатило и я ломанулся в туалет.
----
продолжение следует...



  • Ада-Мэнтис:

    Увидишь, Ingwaz. Я появлюсь несколько позже...

  • Ада-Мэнтис:

    Это не совсем ужастик, но что-то типа того...